Каталог статей


Головна » Статті » Мои статьи

Немецкий самолет откопали на картофельном поле


Немецкий самолет откопали на картофельном поле

Хотя частных коллекционеров у нас пруд пруди, кто из них подпустит к своим сокровищам простых смертных? А вот житель села Петровцы, что под Киевом, Владимир Даниленко коллегам-поисковикам, любителям военной техники и заезжим журналистам всегда рад. Только предупреждает: о посещении договаривайтесь заранее.

Ржавое лицо войны


Экскурсия-экспромт, которую Владимир Васильевич провел для меня, затянулась на три часа. Признаться, никогда не думала, что столько времени можно говорить о ржавых железяках. Тем более рассматривать их.

На первый взгляд экспонаты не впечатляют: просто под навесом во дворе лежит груда металлолома. Потом уже, присмотревшись, различаешь танковые гусеницы и глушители, осколки снарядов и гранат, обожженные противогазы, ящики — упаковки снарядов, фары от мотоциклов… Все это Владимир Даниленко называет «ржавым лицом войны». О каждом из этих обломков хозяин может рассказать целую историю. Возьмем, к примеру, гусеницы от Т–34: они позволяли этим танкам зимой ходить по льду, объясняет Владимир. А вот нечто цилиндрическое, валяющееся рядом, — часть дула «Ванюши» (так называли немецкую ракетную установку, сродни нашей «Катюше»). Запчасти к нему большая редкость: немцы их не оставляли, но знающие люди говорят, что в лесах под Киевом есть одно место, где эти установки подрывали. Еще одна неприметная на первый взгляд железяка оказывается частью немецкого самолета. Члены поисковой группы имени Ватутина, с которой работает Владимир Даниленко, откапывали его в огородах. По их расчетам выходило, что самолет упал на одном из них, а уже на месте оказалось, что на границе двух соседских паев. Вот и пришлось платить за картошку двум бабкам сразу: копали ведь в начале лета и перевели урожай. Работали тогда не один день, и пока суд да дело, местные умудрились растянуть полсамолета на металлолом. В итоге поисковики подняли двигатель (его отдали в музей-диораму «Битва за Киев в 1943 году» в Петровцах), а себе на память Владимир взял вот эту часть брони.

Но не только остатки военной техники есть в домашнем музее. Имеется, например, библия партработников (скрижаль коммунистической идеологии) с портретом Сталина на первой странице, гармошки и барабан, на которых играли в Петровцах свадьбы во время фашистской оккупации. Умиляют флакончики от одеколонов, найденные в окопах.

За наши танки в... Париже!


В принципе, военная тема для жителей сел в районе знаменитого Лютежского плацдарма была актуальной всегда. Владимир Даниленко заинтересовался военными артефактами еще в детстве: ребятня часто находила в лесу и осколки от снарядов, и запчасти от военных машин.

— Но больше всего нам нравилось жечь в костре гильзы: если на них оставался порох, пламя красиво вспыхивало, — вспоминает Владимир. — Возле нашего села располагалось много частей, и мы с ребятами часто ходили к солдатам: они нас то юшкой у костра угостят, то байками военными «покормят».

А когда самому пришло время Родине служить, Владимир попал в инженерные войска. Там научился саперному делу. Через годы познакомился с ребятами, у которых был металлоискатель. А у самого Владимира к тому времени поднакопились знания о военной технике. Так и занялся с группой имени Ватутина поиском погибших солдат (за последние десять лет перезахоронили 480 останков), попутно собирает свою коллекцию. В последние годы участвует в реконструкции боев.

Для каждого поисковика дело чести посещать антикварные базары. Там полно близких по духу людей, с ними можно поделиться новыми историями с раскопок, показать фотки... Чернокопателей Владимир не уважает, и их клиентов тоже. Сам говорит, что свою коллекцию на антикварном базаре не пополняет, зато там можно встретить заезжих гостей, которых тоже интересует память о войне.

— Есть такой француз Макс, одержимый парень, — вспоминает иностранного товарища по интересам Владимир. — Он сам склепал советский танк и каждый год на День Победы выезжает на нем поколесить по Парижу.

На вопрос: «А зачем вам это все?» — Владимир отвечает:
— Мне когда-то один человек сказал: «То, что двадцать лет пролежало в земле, — уже музейный экспонат». Вот и работаю по этому правилу. Обычно коллекционеры мало кому показывают найденные раритеты, а чернокопатели все продают. Я раньше тоже прятал свои находки, а недавно друзья посоветовали оборудовать музей. Вот и начал пускать сюда посетителей. 

Осколки руками не трогать!


Экспонаты свои следопыт почти не чистит от ржавчины — зачем стирать налет времени? Я было потянулась к осколку гранаты, но меня осекли: куда, мол, голыми руками, там — химсостав.

Интересуюсь, какой находкой больше всего гордится Владимир Васильевич.

— Запомнился мне танкТ–34, который я нашел в болоте, — вспоминает он. — Только пробили корку земли, как из-под нее вырвался синий факел — испарение солярки. Тогда нашли много запчастей, ими отремонтировали боевую машину, которая сейчас участвует в реконструкции битв. А вот в сентябре вместе с сотрудниками МЧС подымали и взрывали 250-килограммовую авиабомбу. Обнаружили ее ребята из группы «Пограничник», а меня позвали просто посмотреть и позволили снимать (у Владимира дома есть видеотека, своеобразная летопись поискового движения. — Прим. авт.) Но у меня кончилась тогда пленка: так что как раз взрыв я и не заснял. А он был большой: мы сделали оцепление в радиусе километра, чтоб кто-нибудь из гражданских случайно не подошел.

Окопы ищут «щупом»


Следопыт выезжает на поиски в лес каждые выходные, но готов сорваться туда по первому зову товарищей и в будни. Для этого в его машине всегда упакован ящик с «Мивиной» и питьевой водой, необходимые принадлежности (примус, чайник, посуда, металлоискатель) и палатка со спальниками. «Одного нет — хорошей машины, — сетует Владимир Васильевич. — «Нива» на ремонте, а на «шестерке» не везде проедешь. Если приезжаю в какое-то село, где, знаю, велись бои, сразу спрашиваю в сельсовете, живут ли здесь ветераны или свидетели битв. По их воспоминаниям и рассказам нам уже многих удалось отыскать.

Чтобы отыскать останки солдат, приходится работать щупом, одним металлоискателем окоп не определишь.

— Если щуп уходит в землю на метр–полтора — значит, на этом месте был окоп. Знатоки умеют распознавать их даже по цвету и плотности почвы. Но металлоискатель тоже нужен: с его помощью можно определить, есть ли там что-то большое и железное, что может представлять опасность, — объясняет Владимир.

Кстати, во дворе у следопыта для найденных погибших солдат припасены даже памятники. Помните, ставили в советские времена вместо крестов и надгробий на могилах пирамидки на подставках? Их нынче выбрасывают — меняют на гранитные стелы с фотографиями и красивыми эпитафиями.

— А мы эти пирамидки ставим на местах, где находим павших солдат, — делится опытом Владимир Даниленко. — Если повезет опознать бойцов — укладываем плиты с указанием фамилий.

Татьяна КОГУТИЧ


http://www.vvnews.info/article.aspx?a=21614

Категорія: Мои статьи | Додав: defaultNick (18.05.2010)
Переглядів: 2994 | Коментарі: 37 | Рейтинг: 4.0/2 |
Всього коментарів: 0
Ім`я *:
Email *:
Код *:

Меню сайту

Форма входу

Категорії розділу

Пошук

Наше опитування

Чи цікавитесь Ви історією Другої світової війни, роботою слідопитів?
Всього відповідей: 108

Друзі сайту

Locations of visitors to this page

Статистика


Онлайн всього: 1
Гостей: 1
Користувачів: 0
Copyright MyCorp © 2017 | Створити безкоштовний сайт на uCoz